Чудо претворения воды в вино (Ин. 2:1-11): история экзегезы

Церковная история · ~5500 слов

Введение

Обоснование выбора темы. Чудо претворения воды в вино, которое было совершено Спасителем в Кане Галилейской, является первым евангельским чудом. До этих пор Господь не творил никаких чудес, да и это чудо было совершено еще тогда, когда не пришло нужное время. Господь был позван на брак, где находился со Своей Пречистой Матерью. Радость торжества могла омрачиться отсутствием вина, однако по просьбе Пресвятой Богородицы, Господь Иисус Христос совершил удивительное чудо. Это событие описывается только любимым Христовым учеником – Иоанном Богословом и помещено в начале второй главы. Его исследование представляется интересным как потому, что оно является уникальным и описано только одним Евангелистом, так и по самой его природе и обстоятельствам.

Актуальность. Первое чудо, совершенное Господом, проливает свет на многие аспекты Божественного служения. Тем более важным является постижение смысла совершенного претворения воды в вино в контексте дальнейшего учения Спасителя. При этом тема работы предполагает не просто исследование евангельского текста или экзегетического наследия, но именно осмысление истории экзегезы. В работе будет показано как этот отрывок понимался в христианской среде в самые разные эпохи существования Церкви. Такое исследование позволит сделать важные выводы относительно статичности или динамичности экзегезы Священного Писания, а также позволит шире взглянуть на само чудо и его описание святым апостолом Иоанном.

В данной курсовой работе будет освещена история экзегезы уникального чуда претворения воды в вино в Кане Галилейской (Ин. 2:1-11).

Степень изученности. Все рассмотренные в работе исследования и комментарии, посвященные Евангелию от Иоанна, носят общий характер и не имеют системного подхода к исследованию чуда претворения воды в вино (Ин. 2:1-11). Также нет трудов, в которых рассматривалась бы история экзегезы данного отрывка из Священного Писания. При этом наличие в свободном доступе святоотеческих толкований и множества комментарий экзегетов позволяет выполнить данную работу.

Объект исследования. Содержание Евангелия от Иоанна Богослова.

Предмет исследования. История экзегезы отрывка (Ин. 2:1-11).

Цель исследования. Рассмотреть историю экзегезы евангельского отрывка о чуде в Кане Галилейской.

Задачи исследования:

1. Изучить исагогический аспект Евангелия от Иоанна;

2. Рассмотреть имеющиеся толкования на отрывок о чуде в Кане Галилейской (Ин. 2:1-11);

3. Показать экзегезу указанного отрывка во временном контексте.

Обзор источников и литературы. Основным источником для написания данной работы является Евангелие от Иоанна. Далее источниками являются многочисленные экзегетические труды, в которых так или иначе освещен отрывок о чуде претворении воды в вино в Кане Галилейской (Ин. 2:1-11).

В исследовании рассматриваются святоотеческие толкования Евангелия от Иоанна, экзегеза известных исторических ученых и комментаторов, а также комментарии многих современных отцов и исследователей. Поэтому в работе используются комментарии на Четвёртое Евангелие таких святых отцов и учителей Церкви, как преподобный Ефрем Сирин, святитель Иоанн Златоуст, святитель Кирилл Александрийский, блаженный Феофилакт Болгарский и Евфимий Зигабен, святитель Кесарий Арьльский, Евсевий Кесарийский, преподобный Максим Исповедник, блаженный Августин Иппонийский, Ориген, Феодор Мупсуестийский и др.

Среди работ отечественных исследователей дореволюционного времени выделим следующих авторов: святитель Филарет (Гумилевский), еп. Михаил (Лузин), прот. И. Бухарев, А. П. Лопухин, А. В. Иванов Г. К. Властов и др.

Среди работ наших современников отметим труды еп. Кассиана (Безобразова), митр. Илариона (Алфеева), а также труд архиеп. Аверкия (Таушева) «Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета».

Методологическая база исследования. В качестве методов исследования в работе применялись следующие методы:

историко-филологический анализ – используется при анализе ключевых понятий, а также вообще содержания и смысла нужного текста;

контекстуальный и сравнительный анализ – используется при соотнесении различных толкований между собой.

богословский анализ – используется при рассмотрении экзегетического наследия.

Структура работы. Исходя из задач исследования, работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованных источников.

Глава 1. Исторический контекст

1.1. Авторство апостола Иоанна Богослова

В церковной традиции автором четвёртого Евангелия считается Иоанн, сын Заведеев, брат Иакова, многократно упоминаемый в синоптических Евангелиях¹. Об этом свидетельствует Ириней Лионский: «Потом Иоанн, ученик Господа, возлежавший на Его груди, также издал Евангелие во время пребывания своего в Ефесе Асийском»². Помимо четвёртого Евангелия, именем Иоанна надписаны также вошедшие в состав Нового Завета три послания и Апокалипсис.

В древних рукописях четвёртое Евангелие надписано именем Иоанна (хотя рукописная не уточняет, какой Иоанн имеется в виду). Высказывалось предположение о том, что автор четвёртого – не Иоанн Заведеев, а некий другой Иоанн, возлюбленный ученик Иисуса не из числа двенадцати, который не путешествовал с Учителем, а жил в Иерусалиме. В подтверждение этой гипотезы приводят следующие аргументы:

В Евангелии от Иоанна не упомянуты многие ключевые эпизоды синоптических Евангелий, в которых фигурирует Иоанна Заведеев;

Многие эпизоды Евангелия от Иоанна, в которых присутствует «любимый ученик», никак не отражены в синоптических Евангелиях;

В самом четвёртом Евангелии его автор нигде не отождествляется с Иоанном Заведеевым, несмотря на то, что «сыновью Заведеевы» в нём один раз упомянуты (Ин. 21:2);

[…полный текст раздела — в работе, написанной под заказ]

1.2. Место, время и адресат Евангелия от Иоанна

Местом, где было написано Евангелие от евангелиста Иоанна, согласно церковной традиции, восходящей к священномученику Иринею Лионскому, является Эфес³. Среди других возможных мест современные учёные называют Александрию, Антиохию, северное Заиорданье, однако большинство исследователей придерживается традиционной локации, относящейся к Иринею.

Относительно времени написания Евангелия от апостола Иоанна существуют разнообразные гипотезы. И древняя церковная традиция, и современная наука в основном согласны в том, что это Евангелие было написано позднее других⁴. Многие исследователи относят окончательную редакцию Евангелия от Иоанна к концу I века, однако встречаются аргументы в пользу значительно более ранней датировки.

Причины написания Евангелия также называются самые разные: это как и дополнение уже сказанного другими апостолами-евангелистами, так и нравственные, догматические и иные цели. К I веку многие христиане являлись детьми и внуками первых христиан, то есть были христианами уже во втором или даже третьем поколении. Та радость, то восхищение, то горение веры, которые испытывали верующие во Христа в первые дни распространения Церкви, постепенно начинают уменьшаться, уходить. Верующие уже относятся к христианству, как к чему-то привычному⁵. Находятся и такие люди, которые становятся равнодушными к христианству. Такая обстановка неизбежно ведёт к появлению ересей. Это и случилось в малоазийских церквях. Возникли «ереси, которые отрицали полноту человечества во Христе»⁶. Многие люди стали считать, что всепрощающая любовь, служение, добродетель, хранение нравственной чистоты – это непосильный труд. Возникает опасность обмирщения религии. Появляются лжеучителя, которые желали сделать христианство таким, чтобы оно умственно воспринималось, было понятным для разума.

1.3. Структура Евангелия и его особенности

Особенностью Евангелия от Иоанна является то, что стиль и Богословие связаны.

Первой особенностью является поэтический формат. В нескольких разделах данного Евангелия многие исследователи находят формальный поэтический стиль, даже разделение на, строфы - например, в Прологе и, возможно, в Ин. 17. Но предмет, который мы здесь обсуждаем, гораздо шире – это уникальный торжественный стиль апостола Иоанна, который многие называют полупоэтическим. Характерной чертой этой позиции служит не параллелизм строк (как в Ветхом Завете) и не рифмы, а ритм, то есть строки примерно разной длины, каждая из которых составляет предложение. Вне зависимости от того, считаем ли мы необходимым печатать текст в поэтическом формате⁷, очевидным остаётся тот факт, что в Евангелии от Иоанна Иисус Христос говорит более торжественно, чем в синоптических Евангелиях. Одно из объяснений этой особенности основано на Ветхом Завете, где божественной речи (речи Бога через пророков или речи персонифицированной Премудрости Божией) сообщаются поэтические черты для выделения её на фоне более прозаической человеческой речи. Иисус Христос в описании евангелиста Иоанна – от Бога, следовательно, Его словам подходит торжественный и сакральный тон⁸.

Евангелие от Иоанна заметно отличается от синоптических Евангелий по содержанию, и по стилю. Греческий язык Евангелия в целом правильный, но предельно простой: «словарь евангелиста Иоанна вдвое меньше словаря Луки и даже меньше, чем у Матфея и у Марка. Отчасти это связано с употреблением одних и тех же ключевых слов, вокруг которых строится речь: «свет», «жизнь», «мир», «Отец», «любить» и других»⁹. Особая глубина достигается благодаря повторяющимся метафорам, к-рыми именуется Христос: Агнец Божий, Хлеб жизни, Спаситель мира, Пастырь добрый и т. д. Притчи выступают как развертывание и объяснение этих метафор (притча о добром пастыре в Ин 10. 1-5). Поэтому именно здесь притчи более всего приобретают аллегорический характер и их значение часто сокрыто от слушателей, так что слова «сию притчу сказал им Иисус; но они не поняли, что такое Он говорил им» (Ин 10. 6) относятся ко мн. местам.

К другим особенностям исследователи относят многогранность понимания слов Спасителя (множество смыслов), малопонятность для человека с «закрытыми очами» и т.д¹⁰. Приведем несколько примеров такой многослойности смыслов.

Первое – это рассказ о событиях. Автор Евангелия подводит читателя в этих рассказах к беседам, диалогам и к ключевым сценам. Цитата (Ин. 1:19-51) повествует об Агнце Божием – Христе, пришедшему к Иоанну Крестителю и именно эта сцена свидетельствует, о том, Он – Сын Божий и Сын Человеческий. (Ин. 2:13-25) рассказывает нам о том, что, когда Христос изгнал торговавших иудеев из храма, что это привело Его к диалогу с иудеями, где Христос говорит: «Разрушьте храм сей (Моего тела), и Я в три дня воздвигну его». Сюда относят множественные речи, беседы, диалоги и монологи. В них Христос говорит о высокой истине в лапидарной форме (Ин. 15:26; 16:13-14).

[…полный текст раздела — в работе, написанной под заказ]

Глава 2. История экзегезы (Ин. 2:1-11)

2.1. Экзегеза в первые века христианства

С первыми толкователями Евангелий исследователь знакомится в основном в золотой век христианской письменности – в IV веке. Далее мы рассмотрим древнейших толкователей Евангелия от Иоанна и покажем их экзегезу на рассматриваемый отрывок.

«На третий день был брак в Кане Галилейской, и Матерь Иисуса была там» (Ин. 2:1). Что касается третьего дня, то, по мнению святителя Кирилла Александрийского, это время нужно понимать аллегорически: «названием третьего дня, в который совершался брак, указует на последнее время»¹¹, при этом относительно места совершения чуда, святитель Кирилл также выражается в аллегорическом смысле: Чудо совершилось в Кане Галилейской потому, что Иерусалим (символ иудеев) отрекся от Христа, отверг Его, а язычники (что символизируется Каной Галилейской), напротив, приняли Его. Другой малоизвестный экзегет четвертого века – Феодор Гераклийский – также видит в «третьем дне» аллегорический смысл: «Брак совершается на третий день, то есть в последние времена века, ибо число три сообщает нам о начале, середине и конце»¹². Несмотря на такое высказывание в аллегорическом духе, Феодору приписывали буквальное толкование текстов. Личность автора также по-разному оценивается, однако Церковью он был осужден как арианин, так как не признавал единосущия Сына Божия с Богом-Отцом¹³.

Епископ Евсевий Кесарийский, чьему перу принадлежит древнейшая Церковная история, а также многие другие сочинения, оставил и некоторые толкования на Евангельские отрывки. В своем толковании на данное чудо Евсевий аллегорически замечает, что это вино «было знаком вина мистического – вина веры и нового завета, преобразующего радость телесную в радость разума и духа»¹⁴. А преподобный Ефрем Сирин показывает, что посредством этого чуда Господь научает нас, что Он, как Бог, может изменить не только природу воды на вино, но и «все так же изменить Своим учением, как там изменил воду в вино»¹⁵. Однако речь может идти не только о проповеди, но и о физическом изменении природы вещей: «Божество, которое превратило природу в водоносах, изменило природу также и в утробе Девы, подобно тому, как и в конце Своих знамений отверз гроб, дабы показать, что жадность смерти не превозмогла Его. Обе великие перемены, то есть в рождестве и смерти Своей, как бы печатью утвердил, когда вода, которая сообразно своей природе подвергается превращению (в вино) в виноградной лозе, превратилась (в него) в каменных водоносах без всякого содействия природы, подобно тому, как и плоть Его была чудесно зачата в Деве и дивным образом создана без мужа»¹⁶. Посредством такого рассуждения преподобный Ефрем Сирин приходит к выводу, что чудо в Кане было совершено для того, чтобы показать нам: зачатие и рождество Христово произошло сверхъестественным образом.

По мнению святителя Иоанна Златоуста, Господа зовут на брак в Кану Галилейскую потому, что Он был тут наиболее известен. При этом Господь был позван как самый обычный человек и простой знакомый, а не как какой-то великий человек или пророк¹⁷. Святитель также добавляет нравственное приложение к своему толкованию: «Он взирал не на собственное достоинство Свое, но на пользу нашу. Не отрекшийся принять зрак раба тем более не мог отречься придти на брак рабов. Совозлежащий с мытарями и грешниками тем более не мог отречься от соприсутствия с бывшими на браке»¹⁸.

Толкователи и святые отцы по-разному описывают возможность совершения чуда. Если святитель Кирилл Александрийский просто указывает на всемогущество Божие, то другой святитель – Максим Туринский – показывает примеры подобного в библейской истории: «Нет сомнения, дорогие мои, что Он Сам превратил воду в вино, Тот, Кто изначально сделал из нее снег, скрепил ее в лед, у египтян обратил в кровь и дал жаждущим евреям изливающуюся из сухой скалы, которая (вода) словно материнской грудью питала множество бесчисленных народов излиянием нового источника»¹⁹.

[…полный текст раздела — в работе, написанной под заказ]

2.2. Экзегеза в Средневековье

Само понятие «Средневековье» не имеет четких границ и может включать в себя временной отрывок с начала шестого по начало девятнадцатого века²⁰. В Средние века экзегеза в основном приобрела компилятивный и энциклопедический характер: святые отцы, учителя и толковники приводили сведения ранних отцов, при этом заметна и некоторая самостоятельность в экзегезе, что может объясняться различным уровнем образованности на разных территориях в это время. Далее нами будут рассмотрены толкования времен Средневековья.

Блестящий придворный, а впоследствии монах, Евфимий Зигабен, живший в одиннадцатом веке, довольно лаконично приводит буквальное толкование текста. Он показывает, что значат слова «на третий день»: «на третий день после того, как Иисус Христос вышел из пустыни. А также показывает, что Пресвятую Богородицу «пригласили устраивающие брачный пир, как знакомую»²¹. А западный иерарх, святитель Кесарий Арльский, приводит аллегорическое толкование дня: «Третий день – это таинство Троицы: чудо на браке – это таинства небесных радостей. Значит, был брачный и праздничный день, ибо с приходящим Женихом сочетается искупленная Церковь; я говорю, с тем Женихом, Которого предвещали все века от сотворения мира; Который сошел на землю, чтобы пригласить Свою возлюбленную на брак со Своим высочеством, давая ей в настоящем залог Своей крови, впоследствии же собираясь подарить Свое царство»²².

Интересное духовно-аллегорическое толкование исследователь находит у прп. Максима Исповедника. Так он пишет: «Слово «Кана» переводится как «имение», а «Галилея» – «откровение». Всякий ум, имеющий способность к принятию божественного откровения, сопрягаясь с добродетелью или чувством, нуждается в посредничестве Слова, дабы добродетель, сопряженная с познанием, была созвучна уму, а чувство покорилось бы его власти, ибо по природе ему повинуется. Поскольку же, по причине преслушания, способность к познанию была размыта течением наслаждений, Слово явилось на землю, возвращая исконную крепость. А просящая мать – это вера, или смирение, или основанная на познании мудрость: каждой из этих вещей присуще рождать высшее для людей боговидное состояние»²³. Далее преподобный Максим еще более углубляется в аллегорическое толкование и называет служителей – пророками, Богороматерь – верой, распорядителя пира – законом, водоносы – способностью человека делать добрые дела²⁴.

Одним из наиболее известных и популярных экзегетов Средневековья признается Феофилакт Болгарский. Он в своих толкованиях на Чудо в Кане Галилейской довольно близко повторяет мысли святителя Иоанна Златоустого²⁵.

Переходя к середине Евангельского повествования о Чуде в Кане мы встречаем толкования средневековых автором о том, почему Господь сотворил чудо посредством служителей: «Прислужников пира делает прислужниками чуда, чтобы они сами были свидетелями этого дела. Приказал наполнить не сосуды от вина, а водоносы, чтобы не могли подозревать, что тут произошло смешение воды с осадками, оставшимися на дне от вина. Но почему Сам Иисус Христос одним словом не наполнил водоносов, но приказал служителям? Чтобы не показалось это призрачным, чтобы черпавшие воду сами заставили молчать порицающих это чудо»²⁶. В завершении повествования о чуде мы находим толкование другого экзегета эпохи – Беды Достопочтенного. «Так положил Иисус начало чудесам в Кане Галилейской и явил славу Свою; и уверовали в Него ученики Его» (Ин. 2:11). По мысли Беды, Господь в этом чуде показал всю славность Своего Царского служения. Он как Господь неба, земли и всей Вселенной легко переменил природы веществ. Брак же в Кане он понимает не как простое историческое событие, но как надмирное дело брака Христа и Церкви²⁷.

[…полный текст раздела — в работе, написанной под заказ]

2.3. Экзегеза в отечественной библеистике XIX-XXI вв.

Ближе к XX веку библеистика внутри России достигла своей определенной высоты. Из недр нашей школы вышли известные исследователи, экзегеты и учителя, чьи труды до сегодняшнего дня обладают большим авторитетом²⁸. Далее нами будет рассмотрена экзегеза наших недавних исследователей и современников на Евангелие от Иоанна.

Начиная с первого стиха второй главы говорится о чуде в Кане. Важным замечанием, по мнению архиепископа Аверкия (Таушева), является то, что это событие описано лишь одним апостолом Иоанном Богословом, тогда как в других Евангелиях оно не встречается. «Иисус Христос был позван на брачный пир в Кане Галилейской, маленьком городке, находившемся в 2–3 часах ходьбы к северу от Назарета. Это была родина только что призванного Господом Нафанаила; называлась Галилейской в отличие от другой Каны, находившейся близ города Тира»²⁹. Так же архиепископ Аверкий объясняет слова «Матерь Иисуса была там» следующим образом: что Пресвятая Богородица уже находилась там к моменту прихода Господа.

Профессор А. В. Иванов также, как и более ранние экзегеты, размышляет над тем, что именно за «третий день» нужно понимать в Евангельском тексте. Если средневековый автор Евфимий Зигабен просто сообщил, что это было на третий день по выходе из пустыни, то А. В. Иванов приводит различные иные варианты: «Третий день… нужно считать от призвания Нафанаила, или от прихода в Галилею; но не 3-й день седмицы»³⁰. Святитель Филарет (Гумилевский) считает, что день также нужно считать от призвания Нафанаила³¹.

Другое размышление о дне совершения чуда мы находим у епископа Кассиана (Безобразова), который вовсе отказывается от поиска буквального смысла этого сообщения и говорит: «Что значит «третий день»? Надо ли его понимать как третий по обращении Нафанаила, о котором только что повествовал евангелист? Или счет времени начинается раньше? Призвание Филиппа, который в свою очередь призвал Нафанаила, произошло «на другой день» (Ин. 1:43) после призвания Петра, и именно тогда вознамерился Иисус идти в Галилею. А первый день был тот, когда Андрей «пребыл» с Иисусом «около десятого часа» (Ин. 1:39–40). Третий день по присоединении к Иисусу первых учеников? Но где был Иисус в это время? Последнее топографическое указание относится в (Ин. 1:28) к Заиорданской области. Мог ли Иисус из Заиорданской области прийти «на третий день» в Галилею? Мы остаемся под впечатлением, что указание «на третий день» в (Ин. 2:1) так же мало поддается хронологическому толкованию, как и то указание «около десятого часа» в (Ин. 1:39), с которым оно связано»³². Продолжая свое довольно пространное рассуждение епископ Кассиан показывает, что слова «в третий день» не имеют исторического значения и не могут пониматься буквально. Единственное возможное их понимание – аллегорическое. Третий день здесь нужно понимать как третий день Воскресения (т.е. это знамение есть предзнаменование будущего, дня Царствия Христова, где будет совершаться вечно брачная вечеря)³³. При этом все прочие понятия здесь, такие как «вода», «вино», «вера» и т.д. имеют важное аллегорическое значение³⁴.

Экзегет девятнадцатого века епископ Виссарион (Нечаев) довольно пространно говорит об этом чуде, описывая самые глубинные вопросы, которые скрывает в себе это незаметное чудо. Переходя к объяснению причин сотворения такого чуда епископ Виссарион говорит: «Ближайшая цель чуда была благотворительная, но главным образом оно совершено было для того, чтобы видели ученики Божественную славу Его, убедились в Его Божественном посланничестве и утвердились в вере в Него»³⁵. Таким образом это чудо объясняется именно как имеющее целью утвердить в вере учеников. Однако это только ближайшие смыслы цели сотворения чуда. Углубляясь в церковную гимнографию и Предание, епископ Виссарион обнаруживает и другие духовно-аллегорические смыслы чуда. Так в Великом Покаянном каноне святого Андрея Критского находим один тропарь, посвященный рассматриваемому чуду. Там говорится, что это было сделано Спасителем с целью изменения человеческой души³⁶. Как в чуде Господь претворил обычную воду в лучшее вино, так, аллегорически, Христос пришел изменить человека грешного к святости и непорочности. Епископ Виссарион довольно пространно говорит об этом изменении, которое хотя внешне кажется незаметным, однако при ближайшем рассмотрении показывает колоссальную разницу между человеком ветхим и человеком новым. Сама жизнь и цели существования первого и второго в корне различны, хотя бы и внешне все люди похожи и имеют одинаковое устройство своей души и тела.

[…полный текст раздела — в работе, написанной под заказ]

Заключение

В ходе курсовой работы, руководствуясь её основной целью: «рассмотреть историю экзегезы евангельского отрывка о чуде в Кане Галилейской», нами были решены следующие задачи.

1. Изучить исагогический аспект Евангелия от Иоанна. Было показано, что согласно святоотеческой традиции автором Евангелия от Иоанна является апостол Иоанн Богослов – любимый ученик Господа Иисуса Христа, брат Иакова Зеведеева. Евангелие было написано ближе к концу первого века, имело целью как сообщить о недосказанных другими апостолами (синоптиками) событиях из жизни Спасителя и Его учения, так и направить на верный путь пошатнувшиеся умы малоазийских христиан. В Евангелии от Иоанна исследователь встречает множество различных стилистических и других особенностей, которые, в основном, сводятся к многогранности пониманий сказанного Христом, а также к поэтике написания, дублетности речи и другим приемам. При этом греческий язык апостола Иоанна Богослова довольно скуден, хотя и не имеет каких-либо ошибок. Речь строится вокруг определяющих понятий.

2. Рассмотреть имеющиеся толкования на отрывок о чуде в Кане Галилейской (Ин. 2:1-11). В проведенной работе было предпринято деление всех толкований рассматриваемого отрывка на три периода: первые века христианства (в основном авторы «золотого века» христианской письменности), эпоха Средневековья (VI - нач. XIX вв), а также период XIX-XX век в отечественной экзегетике. Среди толкователей первого периода были рассмотрены работы святителей Иоанна Златоустого, Кирилла Александрийского, Кирилла Иерусалимского, преподобного Ефрема Сирина, а также таких авторов как Евсевий Кесарийский, Максим Туринский, Феодор Гераклийский и др. В Средние века среди популярных работ выделяется труд блаженного Феофилакта Болгарского, а также монаха Евфимия Зигабена. Кроме этого были рассмотрены труды преподобного Максима Исповедника, святителя Кесария Арльского и Беды Достопочтенного. Среди отечественных экзегетов ближайшего к нам времени нами были рассмотрены труды русских толкователей: архиеп. Аверкия (Таушева), Кассиана (Безобразова) еп. Виссариона (Нечаева), А. П. Лопухина, А. В. Иванова и других.

3. Показать экзегезу указанного отрывка во временном контексте. Сравнительный анализ толкований святых отцов не позволил выявить очевидных закономерностей во временном отрезке: во все времена мысль святых отцов и экзегетов была общей (хотя в частностях могла и различаться). Такой вывод может быть обоснован при ближайшем рассмотрении толкований определенного аспекта в разные времена. Например, выражение «в третий день» понималось аллегорически как в четвертом веке, так и в двадцать первом. Буквальное понимание этого выражения также можно найти и в первые века, и в Средневековье, и в современности. Причины совершения чуда, их цели и многое другое также могут различно обыгрываться экзегетами, однако в общем течении каждый из трех рассмотренных периодов имеет сходство в толковании с другими периодами. При этом, однако, можно выделить такие особенности периодов, как: для первого периода – формирование стилей толкования и методов, разнообразие и различие подходов к экзегезе; для второго – компиляция и заимствование из трудов отцов первой эпохи (например, у блж. Феофилакта Болгарского), развитие аллегорического метода (у прп. Максима Исповедника), появление самобытных методов толкования; для третьего – осмысление трудов отцов в предшествующие эпохи, их объединение (при таковой возможности) или описание различий. Последний период, как наиболее близкий к нам, интересен и тем, что исследователь может близко познакомиться с методами работы автора, оценить уровень развития экзегетической науки. При этом внутри самого периода можно различать период до революционный и современный. В трудах отечественных экзегетов мы не можем проследить особой системности в зависимости от времени. Например, в трудах архиеп. Аверкия раскрывается как буквальный, так и аллегорический смысл Евангельских слов, что делалось и в трудах предшествующих исследователей. А еп. Виссарион (Нечаев), который кроме буквального и аллегорического смыслов особо подробно говорит о нравственном аспекте Евангелия и призывает читателя к перемене своей греховной жизни на лучшее, продолжает традиции других отцов своей эпохи, а также является образцом для наших современников.

Таким образом, можно утверждать, что православная святоотеческая экзегеза на протяжении всех веков остается единой и не содержит в себе коренных противоречий.

В дальнейшем тема исследования может быть расширена и рассмотрена в рамках выпускной квалификационной работы с изучением работ западных исследователей и экзегетов, как в среде Римо-Католической, так и в среде Протестантских церквей

Список использованных источников

Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. – Москва, 1990. – 1380 с.

Аверкий (Таушев), архиеп. Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета: в 2 т. / Архиепископ Аверкий (Таушев). – Москва, 1995. – Т. 1. – 454 с.

Аврелий Августин, блж. Об Истиной религии. Теологический трактат / Блаженный Аврелий Августин. – Минск: Гриф, 1999. – 1600 с.

Андрей Критский, свт. Великий Покаянный канон / Святитель Андрей Критский. – Москва, 1998. – 58 с.

Баркли У. Толкование Евангелия от Иоанна / Уильям Баркли. – Москва: ВСБ, 1984. – Т. 2. 698 с.

Барсов М. В. Толкование на Четвероевангелие. Сборник статей по истолковательному и назидательному чтению Четвероевангелия: В 2 т. / М. В. Барсов. – Москва: Лепта Книга, 2006. – Т. 1. – 944 с.

Бухарев И., прот. Толкование на Евангелие от Иоанна / Протоиерей И. Бухарев. – Москва, 1915. – 288 с.

Варзонин Ю. Н. Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I–VIII веков. Новый Завет / Ю. Н. Варзонин. – Тверь: Герменевтика, 2016. – Т. 5. – 488 с.

Виссарион (Нечаев), еп. Толкование на Евангелие от Иоанна / Епископ Виссарион (Нечаев) // Сборник статей по истолковательному и назидательному чтению Четвероевангелия с библиографическим указателем. – Санкт-Петербург: Душеполезное чтение, 1873. – Т. 1. – С. 105-112.

Властов Г. К. Опыт изучения Евангелия св. Иоанна Богослова: В 2 т. / Г. К. Властов. – Санкт-Петербург: Издание Книгопродавца И. Л. Тузова, 1887. – Т. 1. – 464 с.

Гуревич А. Я., Харитонович Д. Э. История средних веков / А. Я. Гуревич, Д. Э. Харитонович. – Москва: МБА, 2008. – 320 с.

Давыденков О., прот. Догматическое богословие. Учебное пособие / Протоиерей Олег Давыденков. – Москва: ПСТГУ, 2014. – 622 с.

Дворецкий И. Х. Древнегреческо-русский словарь: В 2 т. / И. Х. Дворецкий; под ред. члена-корреспондента Академии наук СССР проф. С. И. Соболевского. Москва: Государственное изд-во иностранных и национальных словарей, 1958. – Т. 1. – 1043 с.

Дворецкий И. Х. Древнегреческо-русский словарь: В 2 т. / И. Х. Дворецкий; под ред. члена-корреспондента Академии наук СССР проф. С. И. Соболевского. – Москва: Государственное изд-во иностранных и национальных словарей, 1958. – Т. 2. – С. 1044-1905.

Дворкин А. Л. Хиастическая структура Евангелия от Иоанна: Гипотеза Герхарда и Эллиса / А. Л. Дворкин // Альфа и Омега. – 2004. – № 2 (40). – С. 40-52.

Евангельский словарь библейского богословия / Под ред. У. Элуэлла. – Санкт-Петербург: Библия для всех, 2000. – 1232 с.

Евфимий Зигабен, монах. Толкование Евангелия от Иоанна, составленное по древним святоотеческим толкованиям византийским XII–ого века / Монах Евфимий Зигабен. – Москва: Сибирская Благозвонница, 2019. – 441 с.

Ефрем Сирин, прп. Слово о добродетелях и пороках / Преподобный Ефрем Сирин. – Москва: Никея, 2007. – 488 с.

Ефрем Сирин, прп. Творения / Преподобный Ефрем Сирин. – Москва: Отчий дом, 1995. – Т. 5. – 527 с.

Иванов А. В. Руководство к изучению книг Священного Писания Нового Завета: обозрение Четвероевангелия, Книги деяний апостольских, апостольских посланий и Апокалипсиса / А. В. Иванов. – Санкт-Петербург: Воскресение, 2002. – 911 с.

Иларион (Алфеев), митр. Иисус Христос. Жизнь и учение: в 6 кн. / Митрополит Иларион (Алфеев). – Москва: Изд-во Сретенского монастыря, 2017. – Кн. 5. – 688 с.

Иларион (Алфеев), митр. Четвероевангелие / Митрополит Иларион (Алфеев). – Москва: Познание, 2017. – 632 с.

Иоанн Златоуст, свт. Беседы на Евангелие от Иоанна Богослова / Святитель Иоанн Златоуст. – Москва, 1993. – Т. 1. – 986 с.

Иоанн Златоуст, свт. Полное собрание творений: В 12 т. / Святитель Иоанн Златоуст. – Почаев: Свято-Успенская Почаевская Лавра, 2005. – Т. 8. – 1080 с.

Кассиан (Безобразов), еп. Знамение в Кане / Епископ Кассиан (Безобразов). // Водою и кровию и духом. – Пушкино: Грааль, 2001. – 208 с.

Кассиан (Безобразов), еп. Толкование на Евангелие от Иоанна/ Епископ Кассиан (Безобразов). – Париж, 1995. – 620 c.

Кассиан (Безобразов), еп. Христос и первое христианское поколение / Епископ Кассиан (Безобразов). – Москва: ПСТГУ, 2001. – 560 с.

Кирилл Александрийский, свт. Творения. Толкование на Евангелие от Иоанна / Святитель Кирилл Александрийский. – Москва: Паломник, 2001. – Кн. 2. – Ч. 1. – 800 с.

Кирилл Иерусалимский, свт. Мистагогические поучения / Святитель Кирилл Иерусалимский. – Москва: Благовест, 2010. – 352 с.

Лопухин А. П. Толковая Библия, или комментарии на все книги Св. Писания Ветхого и Нового Завета / А. П. Лопухин. – Стокгольм: Институт перевода Библии, 1987. – Т. 3. – 609 с.

Максим Исповедник, прп. Вопросы и недоумения / Под. ред. Г. И. Беневича. М.: Никея, 2010. – 483 с.

Михаил (Лузин), архим. Евангелие от Иоанна на славянском и русском наречии с предисловиями и подробными объяснительными примечаниями / Архимандрит Михаил (Лузин). – Москва, 1992. – 660 с.

Муретов М. Д. Четвероевангелие. Сравнительные особенности канонических Евангелий по их содержанию, главным мыслям и изложению / М. Д. Муретов // Богословский вестник. 1899. – № 2. – С. 155-190.

Никифор (Бажанов), архим. Библейская энциклопедия / Архимандрит Никифор (Бажанов). – Сергиев Посад: Издание Свято-Троице-Сергиевой Лавры, 1990. – 904 с.

Прокопчук А., прот. Лекции по Евангелию от Иоанна / Протоиерей Александр Прокопчук. – Москва: ПСТГУ, 2015. – 168 с.

Розанов Н. Толкование на Евангелие от Иоанна / Н. Розанов // Толковая Библия, или Комментарий на все книги Св. Писания Ветхого и Нового Завета: В 12 т. – Санкт-Петербург, 1912. – Т. 9. – С. 284-505.

Свиридов И. Начала. Опыт прочтения четвёртого Евангелия / И. Свиридов. – Москва: ББИ, 2010. – 368 с.

Ткаченко А. А. Евангелие. Часть 2. / А. А. Ткаченко // ПЭ. – Москва: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2005. – Т. 16. – 752 с.

Ткаченко А. А. Иоанн Богослов. Послания / А. А. Ткаченко // ПЭ. – Москва: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2010. – Т. 23. – 752 с.

Успенский И. И. Святой апостол Иоанн – писатель четвёртого Евангелия и Апокалипсиса / И. И. Успенский // Христианское чтение. – 1880. – № 1-2. – С. 47-67.

Феофилакт Болгарский, блж. Благовестник или толкование на святое Евангелие: В 4 кн. Толкование на Евангелие от Иоанна / Блаженный Феофилакт Болгарский. – Москва: Лепта-Пресс, 2004. – Кн. 4. – 512 с.

Филарет (Гумилевский), свт. Учение евангелиста Иоанна о Слове / Святитель Филарет (Гумилевский). – Чернигов, 1869. – 247 с.

Чистяков Г., свящ. Свет во тьме светит (Размышления о Евангелии от Иоанна) / Священник Георгий Чистяков. – Москва: Никея, 2007. – 128 с.

Элуэлл У., Камфорт Ф. Большой библейский словарь / У. Элуэлл, Ф. Камфорт. – Санкт-Петербург: Библия для всех, 2005. – 1520 с.

Bultmann R. The Gospel of John / R. Bultmann. – Philadelphia: Westminster, 1991. – 410 p.

Wead D. W. The Literary Devices in Jonh’s Gospel / D. W. Wead. – Wilmington: Glaizer, 1989. – 528 p.